anuskin (anuskin) wrote,
anuskin
anuskin

Александр Зимовский: "Почему не родился белорусский детектив?"

Оригинал взят у drugoy_dolboeb в Александр Зимовский: "Почему не родился белорусский детектив?"

Четверть века белорусской независимости прошли для молодой белорусской детективной литературы впустую. Разумеется, речь идёт не про писателей. Немало людей в Беларуси пишут детективы. Наиболее известная и популярная современная белорусская детективщица Ольга Тарасевич давно и прочно обосновалась на полках книжных магазинов России и Беларуси, а также в пиратских библиотеках интернета. Есть, говорят, и другие авторы, и они, говорят, не так уж плохи. Ни про кого из них, я впрочем, никогда не слышал.

А вот национального героя-детектива/сыщика/следователя в Беларуси нет. Никто из местных писателей не имел успеха при попытке поместить гипотетического белорусского детектива в современный белорусский контекст. Я прикинул, почему так вышло и могло ли быть иначе. Скажу сразу: иначе и быть не могло.

Строго говоря, есть 4 типа детективов/сыщиков/следователей:


  1. Тип «Шерлок Холмс», интеллектуал высокого полёта, да и вообще гений, живущий только работой могучего мозга, и глушащий тоску веществами различной тяжести в остальное время между одним загадочным убийством и другим, ещё более загадочным убийством.

  2. Американский тип «герой-одиночка с лицензией на убийство в рамках частнопредпринимательской деятельности»; как вариант – частный адвокат/журналист/учёный.

  3. Сыщик в силу служебных обязанностей: полицейский комиссар, прокурорский следователь, в общем, агент власти с широким набором полномочий.

  4. Проницательный и наблюдательный дилетант: священник, бабуля-божий одуванчик etc.

Национальный белорусский Шерлок Холмс, как и местный герой-одиночка со «стечкиным» и кулаками величиной с тыкву, исключаются сразу. Им негде развернуться. Адвокатуры в западном смысле в Беларуси нет. Частный сыск в Беларуси умер во младенчестве, уже никто и не помнит когда. Больше того, частный сыск в Беларуси сам по себе является уголовным преступлением – каков каламбур, а? Удел нелегального белорусского частного сыщика жалок – подрачивать, сидя в древнем «корче», и наблюдая унылый секс неверных мужей и жён в не менее унылом антураже. Появись в Беларуси сегодня сам Шерлок Холмс, его в 24 часа объявят «дармаедом».

Отпадают священники и бабули. Бабуля с рентой как у мисс Марпл в Беларуси по доходу соответствует вице-премьеру или министру. И таких в Беларуси от силы две. Ну, три. А священники... Придумает писатель детектива-православного батюшку — католики обидятся. Сделает писатель детективом ксендза – та же история, но уже пострадают чувства православных верующих. Бог с ними обоими.

Неоткуда взяться в местной детективной литературе и популярному белорусскому полицейскому следователю/шерифу/федеральному агенту. В белорусской уголовной практике убийства преобладают бытовые, в 98% случаев после совместного распития. С их раскрытием способен справиться, не выходя из ОПОП, любой неленивый участковый. То есть придумывание эффектного убийства/серии убийств с крепко сколоченным  мотивом, оригинальным исполнением и более-менее реалистичным кругом подозреваемых в Беларуси сродни сочинению детской сказки на ночь. В неё не поверит ни ребёнок постарше, ни сам рассказчик. А без веры в возможность и реальность происходящего детектив, по определению, невозможен.

Но проблема белорусских авторов ещё и в другом. У белорусского условного сыщика-служивого потолок полномочий в ведении следствия – не выше управдома. Выше ему хода нет. Даже послать нахуй вышестоящего начальника белорусский опер или следак не способен. Во всяком случае, любой белорусский автор-детективщик знает, что такой поворот сюжета исключён, и читателей только рассмешит. Натурально, это убивает всякую возможность закрутить интригу.

Вдобавок ко всему в Беларуси отсутствует среда, в которую местный писатель может поместить нашего национального белорусского сыщика-героя и достоверно воссоздать в своей книжке. Классическое запутанное кровавое убийство должно совершаться в  хорошем, приличном месте, среди приличных, статусных людей. Никому не придёт в голову замутить дело о запертой комнате в гетто, где обитают нищеброды из социального жилья. Это не продаётся, по определению.

Если же белорусский автор таки решается влезть на другие ступеньки местной социальной лестницы, то он сильно рискует скатиться в ненаучную фантастику. Блатных в высоких воровских понятиях в Беларуси не существует, так, бакланы одни. Впрочем, и к местным гопникам и уркаганам белорусский читатель относится с не слишком скрываемой симпатией. Как русская интеллигенция к анархически свободным горьковским босякам.

Аристократической среды в Беларуси нет, богемная здешняя среда – наркоманы и пидарасы по определению,  а местная состоятельная прослойка ничего кроме ненависти у простого белорусского читателя не вызывает. Просто потому, что весь опыт существования говорит простому белорусскому читателю, что состоятельная прослойка и белорусские богатые — «там кругом одно ворьё». И если они поубивают друг друга, наш добрый массовый читатель только рад будет.

«Бизнесмен-ворюга» — это не есть сугубо белорусский литературный типаж, он у нас шагает по страницам ещё со времён теледраматургов Лавровых, когда кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочел. Суть ещё и в том, что белорусские авторы, которые и рады бы ввести в сюжет каких-нибудь местных богатеев, так вот эти самые авторы не знают богатой жизни, не представляют поведенческих паттернов обитателей этой тоненькой прослойки. Да и сами, честно сказать, богатых не слишком жалуют (писатель, он ведь от жизни идёт, от народных чаяний). Для среднестатистического белорусского писателя ситуация, когда он пришёл попросить денег на издание новой книжки, а писателя белорусский богач послал нахуй – это не литературная выдумка, а обычная жизненная ситуация, данная писателю в ощущениях.

Что же остаётся? Видите ли, дело в том, что в хорошем детективе преступление обязательно раскрывается благодаря работе отвлечённого ума, а не по доносу либо промаху преступника, это ещё Борхес заметил. Как было доказано выше, объективных условий для появления белорусского героя-сыщика, обладающего отвлечённым умом и условиями для работы этого ума, пока не появилось.

Остаётся белорусский детектив, как белорусский производственный роман в лучших традициях. Ergo, в основу белорусского национального популярного детектива следует положить национальный же дискурс «процесс важнее результата». Пусть наш будущий национальный любимец-детектив более-менее регулярно ходит на службу, спит с коллегами из других ведомств, подсиживает сослуживцев-конкурентов, время от времени зарабатывает «ксивой» левые бабки, страдает от глупого начальства и семейных неурядиц, в меру бухает, возит из деревни свиные плечи и помогает старухе-матери сажать/выкапывать бульбу. Если при этом он ещё и выявит маньяка-убийцу или подпольный самогонный цех, это только добавит ему наших читательских симпатий.

За работу, товарищи инженеры человеческих душ!


Subscribe

  • Крепкие хозяева // Злоба дня

  • Горцы в армии

    В этой статье я хотел бы поднять такую тему как кавказцы в армии. Поехали! Сразу хочу сказать - никого обидеть не хочу, ничего не разжигаю. В…

  • Дневной кинозал

    Осенью 1945 года в обезлюдевшее селение пробирается бывший фронтовик Умар Бадалов. Он честно выполнил свой воинский долг, теперь его комиссовали и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments