June 12th, 2016

...Не изображая жертву.

Оригинал взят у kinik_etc в ...Не изображая жертву.
...Сегодняшний футбол был постыден. Члены русской сборной тряслись в страхе, играя против англичан. "Они же великие футболисты! Ну что мы можем против них?" Смотреть на это было правда стыдно. Они даже не понимали, что пять явных голов не случились только потому, что попали прямо в руки Акинфееву. То есть английские профессионалы старались чтоль так? Ни метр вбок, а прямо в руки? Может быть хоть такая парадоксальность их немного приведёт в чувство? Как и счастливый гол в конце, как подарок? Как им башку то ещё наладить на победу?
...Брежнев любил хоккей, и так его любовь зарядила спортсменов, что мы и сейчас чемпионы. Ельцину понравился теннис. И вот они победы, Шарапова только ахает и все сразу падают (ну окромя двух мускулистых чорных тёток, на которых её женские придыхания не действуют)
Путин, полюби футбол!...скоро ведь и чемпионат мира на дворе! Подумай, ага?
...Ну а пока, как сказал проницательный mazai_fucker - "В следующую игру надо пост ваять хулительный , пусть у футболеров задницы поджаривает"

12 июня - День незалежности России от Укропаразитов

Оригинал взят у vasilii_ch в 12 июня - День незалежности России от Укропаразитов


Миф о том, что советская Украина кормила Россию, живёт до сих пор. Этим мифом воспользовались националисты в конце 80-х годов и в роковом для СССР 1991 году, чтобы убедить население Украины, что без России они станут намного богаче. Этим же мифом пользуется сейчас временное правительство в Киеве, убеждая своих сограждан, что, только полностью оторвавшись от России и заключив договор с Евросоюзом, они смогут резко повысить своё благополучие. Так кормила ли Украина Россию?

Collapse )

Андроповская перестройка

Оригинал взят у nik_ej в Андроповская перестройка
Получив бразды правления в свои руки, Андропов начал стремительное наступление на «днепропетровский клан» и его союзников. Первое, что он сделал – провел эффектную двухходовку: уже в декабре отстранил от власти министра внутренних дел СССР Николая Щелокова, а на его место поставил Виталия Федорчука, удалив его со своей вотчины – с Лубянки. Судя по всему, Андропов был бы рад отправить Федорчука вслед за Щелоковым – в отставку, но поскольку тот тоже был ставленником «днепропетровцев», а они вряд ли бы согласились со столь масштабными рокировками, поэтому новый Генсек решил «поиметь с паршивой овцы хотя бы клок»: отправил Федорчука чистить «авгиевы конюшни» в другом ведомстве – в МВД. А председателем КГБ Андропов назначил Виктора Чебрикова: тот хоть и был родом из Днепропетровска, однако считался преданным ему человеком. Отметим, что Чебриков с 1967 года заведовал в КГБ кадрами и все рокировки в республиканских «комитетах» проходили при его непосредственном участии, что позволяло ему хорошо знать обстановку на местах.

Весьма оперативно Андропов назначал своих людей и на другие должности. Так, на Пленуме ЦК в ноябре он убрал из Политбюро некогда одного из самых верных брежневцев Андрея Кириленко (на тот момент тот уже был явно нездоров) и ввел в высший кремлевский ареопаг своего коллегу-чекиста, бывшего 1-го секретаря ЦК КП Азербайджана Гейдара Алиева, назначив его также 1-м заместителем председателя Совета Министров СССР. На том же Пленуме была произведена еще одна кадровая ротация – секретарем ЦК был назначен опытный хозяйственник Николай Рыжков (до этого он три года работал в должности 1-го заместителя председателя Госплана СССР).

Два последних назначения были неслучайны: судя по всему, Андропов собирался с помощью этих людей начать поворот советской экономики в сторону ее окончательной капитализации. Вот почему в планах Генсека значилось скорое устранение престарелого Николая Тихонова с поста премьера и назначение на этот пост Алиева, который у себя в Азербайджане давно пытался совместить социализм с капитализмом.

В начале следующего года Андропов вызвал из Ленинграда в Москву 1-го секретаря тамошнего обкома, члена Политбюро Григория Романова и доверил ему курировать оборонную промышленность. Эта рокировка тоже была не случайной. Андропов знал о давней вражде Романова с хозяином Москвы Виктором Гришиным и, сам испытывая к последнему не самые теплые чувства, собирался заиметь в его лице еще одного союзника в деле борьбы с Гришиным. Под последнего, кстати, Андропов начал «копать» еще до перевода Романова, когда в конце 81-го отдал команду КГБ начать «трясти» торговую мафию в Москве (первой жертвой этой чистки стал директор престижного Елисеевского гастронома Юрий Соколов, арестованный прямо в своем рабочем кабинете).

Параллельно с этим Андропов «закручивал гайки» и во внешней политике: вошел в жесткий клинч с новым президентом США (с января 1981) Рональдом Рейганом. Уже тогда многие историки отметят, что подобного клинча в отношениях двух супердержав не наблюдалось давно – со времен «карибского кризиса» 1962 года. Для большинства аналитиков на Западе это поведение Андропова выглядело странным, поскольку там его почему-то всегда считали либералом. Однако эта странность, видимо, объяснялась тем, что Андропов, будучи «кремлевским глобалистом» и давно мечтавшим о конвергенции (схождении) советской и западной систем, просто хотел подороже продать «красный проект». То есть не сдаться на милость Западу, как это сделает чуть позже Горбачев, а именно не задешево продаться. Победить Запад Андропов вряд ли рассчитывал, поскольку к тому времени стало уже окончательно понятно, в какую ловушку тот заманил СССР. Как пишет В. Шапинов:

«Нефтяной кризис 1973 года привел к резкому удешевлению кредита, в развитых странах теперь кредит дают под процент, который только-только превышает инфляцию, а иногда дают и под такой процент, который перекрывается инфляцией. Инфляция во время кризиса и правда резко подскочила во всех странах капиталистического «центра». Низкие процентные ставки были не жестом «доброй воли» со стороны банкиров, а жесткой необходимостью – спад производства не позволял эффективно вкладывать деньги, и они остались бы мертвым грузом, если бы не отдавались «в рост».

Эти дешевые кредиты пользовались очень большой популярностью не только в странах «третьего мира», но и у социалистических стран. Кредиты очень часто брались под экономически плохо просчитанные проекты, которые затем провалились...

Однако, когда нефтяные цены стабилизировались, а пик кризиса миновал, процентные ставки по кредитам вновь поползли вверх. Дешевые кредиты оказались очередной порцией бесплатного сыра, располагавшегося в империалистической мышеловке. Внешний долг социалистических стран стремительно рос. К 1981 году долги Польши выросли до 24 миллиардов долларов, Советского Союза – до 12,4, ГДР – 12, Румынии – 9,8, Венгрии – 6,9. Социалистические страны предпринимают отчаянные попытки сократить задолженность. Но приходится сократить инвестиции в собственную экономику, замедлился рост уровня жизни, а кое-где и вовсе начал снижаться, перестал работать брежневский механизм «компенсации»...

Отказавшись в 1960-е годы от движения к коммунизму, руководство СССР вынуждено было «компенсировать» этот отказ от социального развития развитием потребления населения, фактически – подкупом. Но когда этот механизм перестал работать, «назад» (к коммунизму) пути уже не было и советской бюрократии ничего другого не оставалось, как реставрировать капитализм...».

Войдя в клинч с Америкой, Андропов в то же время пытался перекинуть «мосты дружбы» в Западную Европу. При нем начал функционировать газопровод Сибирь – Европа, а также готовилось соглашение о поставках из Сибири сжиженного угля. Все это ясно указывало на то, что СССР окончательно превращается в сырьевой придаток западной экономики, вроде Кувейта или Нигерии. Причем советское сырье продавалось на Запад по весьма дешевым ценам, в том числе и золото, значительная часть которого добывалась на территории Узбекистана.

Без сомнения, что найти общий язык с Западной Европой Андропову было значительно легче, чем с США, поскольку, как мы помним, именно Андропов и люди из его близкого окружения (группа помощников, а также сотрудников Международного отдела ЦК КПСС) еще в конце 60-х наладили контакты с, так называемым, Римским клубом – влиятельной организацией, определявшей направления западной геополитики и сплотившей вокруг себя не только наиболее серьезных иностранных аналитиков, но и самых влиятельных политиков, а также теневых кардиналов мировой власти. Судя по всему, «римляне» давно «вели» Андропова как своего человека, создавая всеми возможными способами (в том числе и с помощью СМИ) ему на Западе имидж либерала и западника. Причем даже в самые, казалось бы, мрачные годы разгула КГБ (например, когда он в начале 70-х нанес удары по диссидентскому движению), западные СМИ продолжали петь осанну Андропову, называя его самым адекватным и умным членом советского Политбюро.

Некоторые историки до сих пор придерживаются мнения, что, идя на сближение с Западом, Андропов тем самым пытался спасти СССР от окончательного поражения в «холодной войне». Например, историки М. Калашников и С. Кугушев пишут следующее:

«В конце 1970-х годов Андропов из особо приближенных лиц создал замкнутую, своего рода тайную организацию внутри КГБ СССР по образцу то ли оруэлловского Братства, то ли на манер народовольческого подполья, то ли в духе масонской ложи. Сам он общался с несколькими избранными, ближайшими соратниками. Они, в свою очередь, имели по пять – семь «завербованных» каждый. Те же, в свою очередь, становились главами своих пятерок. И так далее. Получалась пирамидальная иерархическая структура, разбитая на пятерки, незнакомые между собой. Взаимодействие шло только через руководителей некоей «ложи» внутри уже аморфной компартии и постепенно костенеющего Комитета госбезопасности.

По свидетельству нашего источника, входившего в круг близких Андропову людей, никто из сторонников сближения с Римским клубом и зарубежными центрами реальной власти не входил в состав этой сети. С другой стороны, сеть особо тесно взаимодействовала с теми подразделениями КГБ, которые занимались финансовыми операциями с Западом, создавали сеть фирм, компаний, банков, финансирующих и реализующих цели и программы Комитета государственной безопасности. Одновременно Андропов оказал поддержку ЦК ВЛКСМ по созданию центров научно-технического творчества молодежи – первых предпринимательских структур в России, возникших в начале 1980-х...

Еще одним свидетельством стала разработка операции «Невод» по целенаправленному созданию финансовой сети в Европе и Америке, которая могла бы не только обслуживать нужды разведки, но и нацеливалась на экспансию, на захват наиболее быстрорастущих и перспективных инвестиционных финансовых структур Западного мира. Все это были элементы плана, которым хотели обеспечить устойчивую финансовую базу для разгромленного, но, по мысли Андропова, непобежденного русского, советского, национального проекта...».

Как мы теперь знаем, создать непобедимый проект команде Андропова не удалось. Да и вряд ли это было возможно, учитывая то, на кого в первую очередь решил опереться новый Генсек – на либералов-западников, которые давно ждали своего часа начать в стране рыночные реформы по образцу тех, что, к примеру, проходили в Югославии. Там еще в конце 60-х начали строить «рыночный социализм», который был ничем иным, как ползучей реставрацией капитализма. Югославы активно внедряли в свою экономическую политику идею самоуправления на предприятиях, что, якобы, должно было ликвидировать отчуждение труженика от средств производства. На самом деле все вышло наоборот: в стране появилась легальная безработица, поскольку директора предприятий с легкостью стали избавляться от «нерадивых» рабочих. В итоге уже в середине 70-х число безработных в Югославии достигло 300 тысяч. Тогда югославское партийное руководство пошло еще дальше: разрешило своим рабочим уезжать в поисках работы на Запад. После чего около 500 тысяч югославских граждан нанялись только в Западную Германию. Всего же более 800 тысяч рабочих из СФРЮ было отстранено от процесса производства у себя на родине и «горбатилось» на господ-капиталистов (напомню, что в СССР югославский экономический опыт активно перенимался в Армении).

Придя к власти, Андропов не случайно сразу заговорил о положительном в югославском опыте, и в частности – о самоуправлении на предприятиях. Услышав этот сигнал нового Генсека, тут же зашевелились его адепты в академических кругах. Так, в недрах Сибирского отделения АН СССР группой экономистов под руководством Абеля Аганбегяна и Татьяны Заславской был подготовлен обстоятельный доклад, в котором делался вывод о том, что «советское общество представляет отныне устаревшую систему производственных отношений и управления народным хозяйством, порождающую постоянный спад производства, постепенную утрату заинтересованности трудящихся в результатах своего труда, неспособность обеспечить полное и адекватное использование трудового и умственного потенциала общества...».

Отметим, что этот документ стал тут же достоянием гласности на Западе, что, конечно же, не случайно: без сомнения, что без помощи КГБ здесь не обошлось и цель у этой акции была одна – прозондировать реакцию Запада на данную концепцию экономического развития СССР. Запад отреагировал немедленно, причем, положительно. Как писал уже хорошо известный нам западногерманский коммунист и историк В. Диккут:

«Секретная новосибирская статья вызвала настоящую сенсацию на Западе. Заславская показала антинародный характер горбачевской реформы гораздо более открыто, чем сам Горбачев в своих будущих речах. Неукротимым презрением к рабочим массам веяло от документа Заславской и K°. Цель всей этой линии рассуждений, представленных в документе, состояла в том, чтобы представить рабочий класс как главное препятствие прогрессу и оправдать наступление на рабочих...».

Впрочем, атаке должны были подвергнуться не только рабочие, но и другие категории населения СССР. Как писалось в том же «новосибирском документе»: «Необходимо мобилизовать заинтересованные в изменениях группы и одновременно нейтрализовать группы, потенциально выступающие против реформ». Поскольку под провозглашенными андроповцами реформами понималась капитализация советской системы, то в разряд «заинтересованных» попали те, кто их всячески поддерживал, а в разряд противников – все, кто мог выступать против них. По этому поводу приведу один весьма симптоматичный пример.

Как мы помним, еще в бытность Генсеком Брежнева (в апреле 1982 года) его единомышленники повели атаку на советских западников из такого влиятельно учреждения, как Институт мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) и планировали очистить от глобалистов и другие влиятельные учреждения: Институт США и Канады, Институт системных исследований и др. Однако эта атака заглохла в самом начале, а потом и вовсе сошла на нет после смерти Брежнева. В результате в мае 1983 года уже новый Генсек – Юрий Андропов – назначил новым руководителем ИМЭМО вызванного из Канады Александра Яковлева – будущего разрушителя СССР. А Георгий Арбатов, как и другие западники из высших сфер, так и остались при своих должностях. Зато началась атака на представителей самой лояльной Москве элиты – узбекистанской, а также массированный разгром органов МВД по всей стране.

Последняя «реформа» была скорее похожа на целенаправленный развал ведомства, игравшего одну из ключевых ролей в обществе, чем на его реформирование. По приказу Андропова его люди, под видом борьбы с коррупцией в среде сотрудников МВД, выгнали на улицу тысячи профессионалов, которые десятилетиями стояли на страже законности. И, отметим, не плохо стояли, о чем наглядно свидетельствовал уровень преступности в СССР, который для почти 300-милионной страны был не самым высоким (настоящий обвал преступности начнется именно в годы горбачевской перестройки).

Была ли в органах МВД коррупция? Естественно, была, в том числе и в высших его эшелонах. Однако, судя по всему, для Андропова это был всего лишь удобный повод для того, чтобы как можно сильнее ослабить своего вечного конкурента. Ведь и за самим КГБ водилось множество грешков: к примеру, та же коррупция, предательство сотрудников и т. д. Да и Андропов, если сравнивать его с Щелоковым, тоже был далеко не безгрешный ангел. Впрочем, разве можно оставаться таковым, на посту председателя Комитета государственной безопасности? Как мы теперь знаем, Андропов отдавал разные приказы, в том числе и на физическую ликвидацию людей (например, теперь широко известна история с убийством болгарского диссидента Георгия Маркова в 1978 году, но сколько еще подобных историй остались неизвестными для широкой общественности?).

Чистки в МВД, затеянные Андроповым и его людьми, помогли КГБ занять еще более прочные позиции во властных структурах, чего, судя по всему, и добивались авторы этой «реформы». А то, что ситуация с преступностью в стране от этого только усугубилась, реформаторам, видимо, было наплевать – все недостатки они все равно собирались списать на милицию, на тех честных трудяг, кто продолжал работать на «земле».

Реальной оценкой андроповских реформ может служить развал СССР, к которому КГБ непосредственно приложил руку. Ведь нелепо утверждать, что самое информированное и наименее коррумпированное учреждение в стране (по мнению либеральных историков) попросту прошляпило развал огромной державы.